Цифровой доллар в торговле: зачем Казахстану стейблкоины для импорта и экспорта

Казахстан сделал шаг к практическому применению цифровых активов во внешней торговле: в МФЦА заявили о проработке механизма трансграничных расчетов с использованием стейблкоинов, передает «24KZ».

Как сообщает Бауржан Шурманов, экономист, сооснователь Qazaq Expert Club, поводом для ускорения реформы стала внушительная статистика: казахстанцам принадлежит порядка 1 млн криптокошельков, а регулируемый объем операций в юрисдикции центра вырос более чем в 30 раз – с 320 млн долларов в 2023 году до 10,5 млрд долларов в прошлом году и уже 5,5 млрд долларов за первое полугодие текущего года.

Если перевести инициативу с языка финтеха на простой экономический язык, речь идет о попытке решить две базовые проблемы бизнеса: скорость и стоимость международных переводов.

Стейблкоин – чаще всего цифровой эквивалент доллара США, такой как USDT или USDC – не подвержен таким ценовым скачкам, как биткоин. Его стоимость привязана к фиатной валюте в пропорции 1:1.

В классической банковской системе, чтобы казахстанский предприниматель мог оплатить поставку сырья или оборудования за рубеж, деньги проходят через цепочку банков-корреспондентов по системе SWIFT. Это занимает от 2 до 5 рабочих дней, а комиссии и курсовые спреды могут составлять от 1,5% до 4% суммы. Расчет стейблкоинами внутри блокчейна проходит за считанные минуты, а комиссия за транзакцию часто составляет символическую сумму независимо от объема платежа.

Международная практика показывает, что это уже не футурология, а рабочий инструмент торговых хабов. В Сингапуре Валютное управление (MAS) лицензировало инфраструктуру для мгновенных B2B-расчетов в цифровых валютах: местные трейдеры и шиппинговые компании оплачивают фрахт и трансграничные поставки в режиме реального времени 24/7, сокращая разрывы ликвидности. В Латинской Америке, в частности в Бразилии и Мексике, импортеры электроники и автокомпонентов из Азии массово переходят на стейблкоины: платежи в Китай доходят за минуты вместо трех дней ожидания в банках, снижая транзакционные потери на 10–15%. В ОАЭ свободные экономические зоны напрямую встроили расчеты в стейблкоинах в цепочки оптовой торговли, сокращая затраты малого и среднего бизнеса на валютный контроль.

Что это значит для экономики Казахстана? Прежде всего, ускоряется оборачиваемость капитала: бизнес перестает замораживать оборотные средства в транзитных шлюзах. Кроме того, снижаются риски задержек и отказов со стороны западных банков-корреспондентов в условиях сложного геополитического фона. 

Наконец, создание лицензированной инфраструктуры с налоговыми стимулами позволяет вернуть теневую ликвидность с зарубежных бирж в правовое поле страны.

Для рядового потребителя выгода вполне материальна: она может выражаться в сдерживании цен на импортные товары, ведь банковские комиссии, издержки из-за простоя грузов и расходы на валютные конвертации импортеры в конечном счете закладывают в розничную стоимость товара.

Безусловно, перед регулятором стоит сложная задача: обеспечить надежные процедуры противодействия отмыванию доходов (AML) и валютного контроля, чтобы цифровые каналы не стали инструментом бесконтрольного вывода капитала. Однако сам переход от запретов к интеграции надежных цифровых активов в реальный внешнеторговый оборот – сильный сигнал взросления финансовой системы Казахстана.

Подписывайтесь на Telegram-канал «24KZ».