Ледники тают, воды становится меньше – странам Центральной Азии в одиночку не справиться
Изменение климата для Центральной Азии – уже не только экологическая проблема. От того, что происходит сегодня с ледниками, реками и водными ресурсами, напрямую зависят сельское хозяйство, продовольственная безопасность, экономика и в конечном счете устойчивость всего региона, передает «24KZ».
При этом решить эти проблемы в границах одного государства невозможно. У каждой страны Центральной Азии есть свои риски и свои интересы, но водная система у региона общая.
О масштабах проблемы и необходимости совместных решений рассказали приглашенные эксперты Qazaq Expert Club в области государственной и социальной политики Асет Кождан и в области климатической политики Мадина Казкен.
Масштаб проблемы
По данным Министерства водных ресурсов и ирригации Казахстана, 44,3% из 106 км³ среднегодового объема поверхностных вод страны формируется в Китае, Узбекистане, России и Кыргызстане.
«Семь из восьми водохозяйственных бассейнов Казахстана являются трансграничными. Кыргызстан и Таджикистан, где расположены важнейшие горные экосистемы и формируется значительная часть водных ресурсов региона, сталкиваются с ускоряющимися изменениями ледников. Узбекистан и Туркменистан также зависят от трансграничных водных систем и устойчивости водоснабжениях, – говорит Казкен.
Один из наиболее серьезных рисков для всего региона связан с состоянием ледников Тянь-Шаня. По данным исследования GFZ German Research Centre for Geosciences и французского CNRS, опубликованного в Nature Geoscience, за 1961–2012 годы ледники Тянь-Шаня потеряли 27% своей массы и 18% площади. С 1960-х годов площадь ледников сократилась примерно на 3000 км², а ежегодные потери льда составляли в среднем 5,4 гигатонны.
Исследование, опубликованное в 2026 году, показывает, что уже к 2040 году Тянь-Шань может потерять до трети площади ледников.
По расчетам ученых, примерно в 2035–2055 годах может быть достигнут так называемый пик ледникового стока, после которого объем воды, поступающей за счет таяния ледников, начнет устойчиво снижаться.
Изменения происходят даже там, где ледники долгое время считались относительно стабильными. В Таджикистане, например, наблюдения за ледником Кызылсу зафиксировали перелом начиная с 2018 года: годовое количество осадков снизилось примерно на треть, а таяние резко ускорилось. К таким выводам пришли исследователи Института науки и технологий Австрии (ISTA) в работе, опубликованной в Communications Earth & Environment в 2025 году.
«Последствия всех этих процессов - считает Асет Кождан, - могут измеряться уже и экономическими потерями. По оценке экспертов, представленной на форуме CAREC, к 2080 году потенциальный экономический ущерб от климатических изменений может достичь 80–130% ВВП для Таджикистана, 70–120% – для Кыргызстана, 40–80% – для Казахстана и 30–45% – для Узбекистана. Но эти цифры важно воспринимать не как точный прогноз будущего ущерба, а как сценарную оценку потенциальных рисков».
Можно ли что-то сделать?
Эти проблемы обсуждались во время регионального молодежного лагеря «Климат – Молодежь – Горы», который прошел в Кыргызстане при поддержке Программного офиса ОБСЕ в Бишкеке, ФАО ООН, Тянь-Шаньского международного высокогорного научного центра и Специального представителя Президента Кыргызской Республики по горной повестке.
Одним из его практических итогов стала инициированная Асетом Кожданом и Мадиной Казкен идея создать CASE Lab (Central Asia Shared Expertise Lab).
Это площадка, которая позволит молодым специалистам региона обмениваться экспертизой и совместно разрабатывать решения для общих климатических и экологических проблем.
Сейчас CASE Lab находится на этапе формирования партнерской и экспертной поддержки. К инициативе уже подключаются партнеры из стран Центральной Азии, в том числе программные офисы ОБСЕ в Бишкеке и Душанбе, профильные эксперты, представители государственных органов в сфере водного хозяйства, атомной энергетики и экологии, а также руководители общественных объединений Казахстана, Кыргызстана, Узбекистана, Таджикистана и Туркменистана, работающих с экологической повесткой.
Нужны общие решения проблем
При этом региональное сотрудничество не снимает ответственности с отдельных государств.
По словам Асета Кождана, Казахстану необходимо одновременно работать над внутренней эффективностью использования воды и взаимодействием с соседними государствами.
«В Казахстане, например, около 63–65% забираемой воды приходится на сельское хозяйство, при этом значительная ее часть теряется при транспортировке и поливе из-за состояния ирригационной инфраструктуры.
Поэтому нам необходимо одновременно работать в двух направлениях: договариваться с соседями и значительно эффективнее использовать тот объем воды, который уже есть внутри страны», – отмечает Асет Кождан.
Еще одно направление – совместная работа с рисками, которые затрагивают сразу несколько государств.
Один из наиболее очевидных примеров сегодня – строительство канала Кош-Тепа в Афганистане. Потенциальное сокращение стока Амударьи способно затронуть не одну страну, а значительную часть региона.
При этом возможности государств противостоять климатическим изменениям существенно различаются.
Всемирный банк, например, называет Таджикистан наиболее уязвимой к изменению климата страной региона Европы и Центральной Азии.
По мнению Мадины Казкен, различия в положении стран региона – еще один аргумент в пользу объединения усилий.
«В этом и заключается одна из причин, почему нам необходимо объединять усилия: страны, где формируется вода для значительной части региона, сами испытывают серьезные последствия изменения климата и располагают разными возможностями для мониторинга и адаптации. В то же время государства, расположенные ниже по течению, напрямую зависят от количества и режима поступающей воды и не могут контролировать эти процессы самостоятельно», – отмечает Мадина Казкен.
По словам Асета Кождана, сейчас важно переходить от обсуждения проблем к разработке конкретных предложений.
«Поэтому сейчас важно переводить наши идеи из деклараций в конкретные аналитические материалы и предложения. Часть из них планируется представить на COP31 в Анталье в ноябре 2026 года и Глобальном горном саммите «Бишкек+25» в 2027 году», – рассказывает Асет Кождан.
Вопрос водной безопасности легко свести к простой логике: одна страна хочет получить больше воды, другая – сохранить больше для собственных потребностей. Но в долгосрочной перспективе такой подход проблему не решит.
«У нас еще есть время подготовиться к изменениям, которые прогнозируют ученые. Но чем дольше трансграничные проблемы будут пытаться решать исключительно внутри национальных границ, тем сложнее и дороже в будущем может оказаться адаптация для всей Центральной Азии», – заключает Мадина Казкен.
Подписывайтесь на Telegram-канал «24KZ».
