Нефтегазовые операторы должны изменить подходы к закупкам
Пока крупнейший недропользователь «Тенгизшевройл» рапортует о росте казсодержания в своих проектах, в казахстанском обществе растёт количество вопросов к тому, что именно скрывается за этими показателями. Отечественные эксперты и предприниматели утверждают, что попасть в цепочку поставок крупных недропользователей по-прежнему крайне сложно, передает «24KZ». Среди барьеров – дорогая сертификация, непрозрачные тендеры и требования, которые, по мнению бизнеса, фактически могут быть ориентированы на конкретных поставщиков.
Казахстанский бизнес десятилетиями пытается занять своё место в нефтегазовой отрасли. Особенно остро проблема проявляется в проектах крупнейших операторов, включая «Тенгизшевройл». Для отечественного бизнеса условия доступа к заказам остаются слишком сложными. На практике возникает целая цепочка барьеров, первый из которых – сертификация.
Рашид Жаксылыков, председатель президиума Союза нефтесервисных компаний:
- Они хотят, чтобы сертификацию проходил любой товар, даже элементарно каска или полотенце – у них на родине, в Англии или Америке. А сертифицирование товара – очень дорогое удовольствие. То есть мы понимаем, бизнес будет вкладываться в открытие производства или на сертификацию. Если бизнес будет производить 10 наименований товаров, каждое наименование товаров будет сертифицироваться отдельно – не менее 250 тысяч долларов только на сертификацию уйдёт. 2,5 млн долларов – простая арифметика. И она же не рядом, не в Астане. Ты должен лететь постоянно в ту сторону.
Есть вопросы и к самим процедурам отбора поставщиков. Эксперты говорят, что формальные требования могут становиться фильтром, через который отечественные компании просто не проходят.
Гузэль Таипова, гл. редактор журнала «Нефть и газ Казахстана», эксперт нефтегазовой отрасли:
- Если крупный оператор не хочет брать компанию какую-то, там всегда есть куча всяких инструментов для того, чтобы через определённые фильтры компания не прошла. Начиная с того, что, в принципе, сами процедуры тендерные, они непрозрачные, и там нельзя посмотреть, почему эту компанию выбрали, а эту не выбрали. Есть ещё, например, такой фильтр: они укрупняют контракт, делают его, например, многомиллионным и понятно, что казахстанские компании уже не могут осилить такой большой кусок, хотя совершенно достойно могли бы выполнить определенную часть работы, но они вот через этот фильтр не проходят.
В письменном ответе компании «Тенгизшевройл» на наш запрос говорится, что казахстанское содержание в их закупках превысило 70%, что этот показатель – один из самых высоких:
«По итогам 2025 года «Тенгизшевройл» достиг одного из самых высоких показателей казахстанского содержания по товарам, работам и услугам на уровне 71% и превысил целевые показатели по всем трём категориям: товары – 15%, работы – 76%, услуги – 88%. В ТШО разработана долгосрочная стратегическая программа развития внутристрановой ценности. Эта программа стала основой обеспечения казахстанского содержания на ближайшие пять лет. В частности, мы внедряем корпоративные процессы, направленные на усиление поддержки местных производителей. Также мы применяем более благоприятные условные скидки, что повышает возможности участия местных компаний».
Из письменного ответа ТШО:
«У казахстанского бизнеса иная оценка ситуации. Некоторые предприниматели утверждают, что, даже вложившись в производство и подготовку к тендеру нефтегазовых операторов, можно так и не получить доступа к заказу».
Гузэль Таипова, гл. редактор журнала «Нефть и газ Казахстана», эксперт нефтегазовой отрасли:
- Я знаю компании, которые, например, взяли крупный заем под определённый кусок работ у одного из наших трёх крупных операторов, вложили, расширили производство, подготовились к этому тендеру, а к тендеру их не пригласили. И казахстанская компания, которая, в принципе, достаточно неплохо работала, но которая специально под этот проект взяла многомиллионный кредит, оказалась в очень сложной ситуации. Вот такие ситуации, на самом деле, сплошь и рядом.
На фоне происходящих разногласий казсодержание перестаёт быть просто экономическим показателем, потому что это реальные деньги, кредиты, оборудование и рабочие места. Кто несёт ответственность за то, чтобы отечественный производитель не просто соответствовал требованиям, но и реально получал возможность работать?
Рашид Жаксылыков, председатель президиума Союза нефтесервисных компаний:
- Тут надо не искать виноватых, а надо создать диалог: операторы-инвесторы, государство и бизнес. Всем троим надо собраться и дискутировать. Дискутировать, дискутировать и найти общий знаменатель. Операторы ссылаются на первичное подписание контракта СРП. То есть пока не истечёт данный контракт, мы всё равно будем одну и ту же тему говорить. Другой вопрос, когда мы будем продлевать, мы должны теперь от истории взаимодействия с ними в течение 35-40 лет, что собралось. Однозначно в части товара мы должны говорить о том, что сертификацию вы берёте на свою сторону. Какую-то ответственность, чтобы это производство развивалось.
Нефтегазовые операторы в своих отчётах традиционно прикрываются красивыми цифрами. Но для государства важен результат: сколько казахстанских компаний реально выросло благодаря этим закупкам, сколько новых производств появилось и сколько сложной продукции теперь производится внутри страны. Именно поэтому сейчас, когда обсуждаются дальнейшие условия работы крупных недропользователей, вопрос развития казсодержания должен от красивых показателей перейти в область конкретных обязательств.
Авторы: Рауан Калыбаев, Асхат Каракойшиев.
